besshardwick

Category:

Как принцы родителей и бабушек огорчали. Часть 5

Часть 1 здесь, Часть 2 здесь, Часть 3 здесь, Часть 4 здесь

Принцы, надо сказать, не ограничивались мечтами выклевать очи родному папеньке, они и друг друга заклевать и загрызть норовили. Не только из-за будущей короны и спорного имущества, а еще и потому что каждый ревниво следил за, я извиняюсь, успехами других, а успехи других - это больно. Пусть лучше у меня корова сдохнет, лишь бы у брата сдохли целых две. Например, Ричард вызывал у Генриха Молодого и Джеффри плохо скрываемые приступы раздражения, потому что нашел себе дело по душе и занимался им с энтузиазмом. Причем полезное дело, а не турниры какие-то пошлые: наводил порядок в Аквитании.

Ричард и знатные сеньоры. Изображение из Википедии
Ричард и знатные сеньоры. Изображение из Википедии

Схема там была такая. Бароны на тебя обижаются и бунтуют - ты осаждаешь их замки и разоряешь их земли - они, хоть и выражают покорность, еще сильнее за это на тебя обижаются - бунтуют еще сильнее - ты их еще жестче усмиряешь. И так по кругу. Мало того, что в результате такой борьбы за мир может камня на камне не остаться на вверенной тебе территории, так еще и до профессионального выгорания недалеко. Усмирение мятежей в Аквитании - тяжелая, монотонная работа, которая никогда не заканчивается, хуже домашнего хозяйства и бухгалтерии. Озвереешь тут. Вот и Ричард стал нервный и раздражительный. Жалобы на него стали поступать. Притесняет, говорили вассалы. Женщин на завоеванных территориях хватает и всяким харассментом с ними занимается, ни стыда ни совести, примите меры. Правда, эти жалобы плохо согласуются с последующей репутацией Ричарда как игрока за другую команду. Но, может, тогда он еще не определился со своими предпочтениями, молодой был.

В своем тиранстве Ричард дошел до такого цинизма, что вежливо попросил горожан Лиможа снести стены своего города. А то, говорит, сидите за стенами, неизвестно, чем занимаетесь, всякую фигню про своего правителя думаете. А так вы у меня все как на ладони будете. Это называется модным термином «транспарентность». Жители Лиможа модных терминов не понимали и чрезвычайно обиделись, потому что усмотрели в поведении Ричарда вторжение в их личное пространство и взлом их границ (этих терминов они тоже не понимали, но нутром еще как чуяли). Средство против такого абьюза они знали одно - мятеж.

Между тем папа Генрих, заметив, что в Аквитании все время полыхает не по-детски, кинулся помогать. Тогда еще психология не была таким популярным развлечением, как сейчас, поэтому король не знал, что помощь бывает обычная, а бывает токсичная. Это когда помогающий лезет, куда не просят, и делает только хуже. Вот и Генрих помог так помог - послал на переговоры с мятежниками своего сына Джеффри, герцога Бретонского.

Джеффри институтов международных отношений не кончал, о дипломатии имел размытое представление. Он думал, что дипломатия - это ляпать все, что в голову взбредет, и делать то, что хочешь, невзирая на интересы страны и наличие семейной недвижимости за границей. Генрих-старший тут, конечно, сам виноват: нашел, кого послать. Всем влиятельным отцам на заметку. Вот что бывает, когда сына по блату в элитное учебное заведение запихиваешь, а потом по блату же пристраиваешь его на должность посла или еще какого консула. Нет, одно дело, если он в консульстве штаны протирает, симулируя жуткое переутомление, когда приходится штампик на документ поставить. И совсем другое, если во время войны он является на переговоры с вражеской стороной и говорит: правильно, ребята, я на вашей стороне, мочите нас посильнее. Вот и Джеффри выступил подобным образом: выразил полную поддержку недовольным аквитанским баронам. Вы знаете, говорит, мой брат Ричард такая гадина, пробы ставить негде. Вы, пожалуйста, гоните его рваными тряпками. А если мой старик ему помогать полезет, вы с ним тоже не церемоньтесь, с маразматиком старым. А вот другой мой брат, молодой маразматик король Генрих, он, наоборот, хороший. Он придет и порядок наведет. И я вместе с ним. Я тоже ничего такой.

Генрих II прислуживает Генриху Молодому на банкете по случаю коронации. Изображение из Википедии
Генрих II прислуживает Генриху Молодому на банкете по случаю коронации. Изображение из Википедии

Результатом рекламы от герцога Бретонского стала вспыхнувшая среди аквитанских подданных Ричарда небывалая заочная любовь к Генриху Молодому. Поэтому, когда Генрих-старший осознал бесперспективность таких вот «переговоров», собрал военные силы для убедительной беседы с мятежниками и приказал наследнику присоединиться, Генриха Молодого встретили с цветами и оркестром. И это пагубно сказалось на его хрупкой психике и неокрепшем - несмотря на возраст под тридцатник - уме. А еще говорят, что современные тридцатилетние - инфантильные, раньше, мол, люди взрослели рано. Щас. Вот вам исторический пример, получите и распишитесь.

С тем мятежом кое-как разобрались, но по мелочи то там, то сям все равно вспыхивало баронское негодование. Так что Ричард по-прежнему работал, но не в авральном режиме, а в штатном - с 9 до 18 с перерывом на обед. А Генрих Молодой вынашивал планы, как бы подсидеть Ричарда в Аквитании, раз уж его самого, Генриха, там полюбили сходу. Поскольку соображалка работала туго, ничего путного не придумал, решил пойти по обкатанной схеме: потребовал у отца власть - отец отказал - сын обиделся и сбежал во Францию - отец предложил денег - сын милостиво взял предложенные деньги и вернулся. В качестве бонуса рассказал папе о своих планах на Аквитанию и сдал оптом все тамошних баронов, которые его поддерживали. Да, и клятву верности отцу опять торжественно принес. Не знаю, как называется расстройство, выражающееся в навязчивом желании публично клясться кому-то в верности по сто раз, но определенно что-то ненормальное в этом есть.

Оммаж Ричарда Филиппу Августу. Изображение из Википедии
Оммаж Ричарда Филиппу Августу. Изображение из Википедии

Генрих-старший все-таки был гражданин на редкость психически устойчивый. Другой бы давно запил. А этот сделал еще одну попытку наладить отношения с сыновьями и сохранить в будущем империю Плантагенетов единой и целостной. Он настойчиво попросил сыновей помириться, и еще Ричард и Джеффри должны были принести оммаж Генриху Молодому за свои вассальные владения. Чтоб все под властью одного короля оставалось, а не раздербанено на куски после смерти Генриха II. Джеффри согласился, а Ричард, мягко говоря, нет. Мне, говорит, мама подарила квартиру Аквитанию, я там ремонт сделал порядок навел, тараканов мятежных баронов тапком прибил, коммуналку плачу регулярно - а теперь здрасте-пожалуйста, изволь отдать свою собственность братцу за здорово живешь, а потом еще и аренднуювассальную плату ему вноси за свое же жилье герцогство. Не треснет ли чего у братца, не слипнется ли, упаси Боже? У меня уже есть один сюзерен - французский король, ему я оммаж и принес. У меня столько оммажей в запасе нету, чтобы каждому, кто попросит, их носить почем зря. Я гляжу, сюзерены плодятся, как грибы после дождя. Каждый суслик теперь сюзерен. Скоро на два вассала по пять сюзеренов будет. Утритесь, папа, и своему старшенькому передайте, что фиг ему, а не мамина хатаАквитания. 

Сказал, хлопнул дверью посильнее и ушел.

Продолжение следует


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic