Categories:

Как Елизавета Тюдор людям жизнь отравляла. Часть 1

Английская королева Елизавета Тюдор не хотела выходить замуж. Ну то есть как не хотела… Она хотела, потому что женщиной была чувственной и страстной. Однако прекрасно понимала, что для нее замужество было бы нецелесообразно. (Кто желает ознакомиться с моими соображениями по этому поводу, может прочитать пост «Как Елизавета Тюдор не вышла замуж») Конечно, выбранный имидж королевы-девственницы хорошо работал как пропаганда величия королевской власти, но счастья в личной жизни не заменял. Королева была вынуждена задвинуть свои желания и страсти подальше, смириться со своим положением и наслаждаться ролью полновластной правительницы, единственная забота которой - жила бы страна родная. А это, между прочим, трудно даже таким, казалось бы, железным леди, как Елизавета. Тем более в реальности она была далеко не железная.

Портрет Елизаветы Тюдор. Фото с сайта spletnik.ru
Портрет Елизаветы Тюдор. Фото с сайта spletnik.ru

Мирилась она с ситуацией довольно своеобразно: постоянно срывала зло на близких и подчиненных (хотя что там своеобразно, как будто не все так делают). Ругалась, как солдат, швырялась предметами домашнего обихода в своих служанок и придворных дам - одной сломала палец, запустив в нее подсвечником, другую в ярости полоснула по ладони то ли ножом, то ли ножницами. Но вспышки ярости по мелочам - это еще что. Вот если кто-то из ее родственниц или фаворитов пытался устраивать свою семейную жизнь - тут уж, что называется, туши свет, бросай гранату. Здесь королева с легкостью ломала не пальцы, а целые жизни. В одних случаях для вмешательства у нее были некоторые основания, в других - просто обида и зависть. А что поделать, все мы люди. Только у правителей больше рычагов воздействия на тех людей, которые им мешают. Вот в чем вся драма.

Среди родственников Елизаветы Тюдор самыми известными и самыми значимыми в историческом смысле особами были ее двоюродные племянницы: именно они считались главными претендентками на престол. Да, вроде бы седьмая вода на киселе, но так уж получилось, что с наследниками у семейства Тюдоров было негусто. Так что ближе всего стояли к трону дети кузины и кузена королевы, причем все девочки. Как-то так распорядилась судьба, что в Англии обязательно должна была править королева, даже если и не Елизавета. Равенство полов, понимаешь.

Ян Госсарт. Мария Тюдор и Чарльз Брэндон. Фото из Википедии
Ян Госсарт. Мария Тюдор и Чарльз Брэндон. Фото из Википедии

Начать имеет смысл с младшей ветви рода Тюдоров, то есть с потомков Марии Тюдор, потому что именно их Генрих VIII указал в своем завещании как наследников трона после своих троих детей - Эдуарда, Марии и Елизаветы. Мария Тюдор была младшей сестрой Генриха. Сначала она была выдана замуж за французского короля Людовика XII, который, к огромному счастью своей молодой жены, после свадьбы долго не протянул. Царственный брат, разумеется, мечтал продолжить устраивать будущее овдовевшей сестрички и уже подыскивал ей нового, политически перспективного жениха, который, может, не сразу помрет. Однако Мария проявила своеволие и тайно обвенчалась с другом Генриха, Чарльзом Брэндоном, герцогом Саффолком, своим поступком как бы заявив братцу: «Коли ты в России Англии власть, Так и правь Россией Англией всласть. А в мою судьбу не суйся И в любовь мою не влазь» (я не виновата, что не могу обойтись без цитирования Филатова, прямо к каждому посту идеально подходит). Генрих гневался, орал, топал ногами и знать не желал больше ни сестру, ни своего задушевного приятеля, который подло, за его спиной породнился с королевским домом (а это, между прочим, состав преступления под названием «государственная измена», дальше тюрьма, суд, плаха, если ты аристократ, и еще менее приятная процедура казни, если ты не он). Потом остыл, смирился, в тюрьму никого бросать не стал, пытаться брак аннулировать - тоже. Правда, наложил на счастливую парочку такой штраф, что они выплачивали его долгие годы. Нет, ну а что - просто так простить, что ли, без всяких санкций? Этак все толпой побегут жениться, как попало, а нам тут такого разврата и демократии не надо. Чай, в XVI веке живем.

Портрет Фрэнсис Брэндон (предположительно). Фото из Википедии
Портрет Фрэнсис Брэндон (предположительно). Фото из Википедии

Двое сыновей Марии и Брэндона умерли в детстве, остались две дочери - Фрэнсис и Элеонора. Когда девочки выросли и вступили в брак, их догнала фирменная тюдоровская проблема - отсутствие сыновей. Младшая, Элеонора, была замужем за графом Камберлендом, у нее выжила только одна дочь - леди Маргарет Клиффорд. С Фрэнсис получилось интереснее - ее семейка умудрилась впутаться в борьбу за трон, причем с тяжелыми последствиями. Мужем Фрэнсис стал Генри Грей, маркиз Дорсет (впоследствии через жену получил титул герцога Саффолка). В браке родились четыре дочери, выжили три. Все три девочки особыми амбициями в смысле наследования трона не страдали, но как марионетки в чужих руках вполне годились. Поскольку они были не только упомянуты в завещании Генриха, но и абсолютно точно законнорожденные, то смело могли занимать очередь к престолу прямо за Марией, старшей дочерью Генриха, отпихивая локтями Елизавету с криками «Женщина, вас тут не стояло!», потому что Елизавету многие считали рожденной вне брака и не имеющей прав наследования. А кое-кто считал, что и Марию Тюдор надо из очереди выкинуть, потому что папа-король также признал брак с ее матерью недействительным. Таким образом, сестрам Грей дорога к короне могла быть расчищена. И расчистить ее попытался Джон Дадли, герцог Нортумберленд, правивший Англией от имени юного короля Эдуарда VI, сына уже покойного Генриха VIII. Предварительно он женил своего сына на старшей из сестер Грей, леди Джейн. Средняя сестра, Катерина, в тот же день вышла замуж за сына графа Пембрука. Пембрук не позволил сыну и невестке консумировать брак под предлогом того, что они слишком молоды, а на самом деле хотел посмотреть, что получится у Нортумберленда: если ему удастся протолкнуть семейство Грей к трону, тогда все хорошо, если нет - он расторгнет брак и сделает вид, что знать не знает этих Греев, не видел их никогда вообще. Молодец такой, предусмотрительный товарищ. Нортумберленд уговорил больного короля изменить порядок наследования, установленный его отцом, и сделать наследницей Джейн Грей. После смерти Эдуарда Джейн была объявлена королевой, но продержалась недолго, всего девять дней, потому что большинство ее подданных вообще не понимало, кто она такая и откуда ее вытащили. Народ-то простой, рассуждал незатейливо: самая близкая родственница покойного Эдуарда - его старшая сестра Мария, вот она и должна стать королевой. Она и стала, собрав армию сторонников и разгромив войска Нортумберленда. Джейн и ее муж Гилфорд Дадли оказались в Тауэре, а Пембрук выставил Катерину из дома и начал предпринимать все усилия для расторжения брака (успешно). Как будто мало было всех этих неприятностей, Генри Грей принял участие в восстании Уайатта, чтобы вернуть престол дочери. Восстание было подавлено, Грей казнен, а вместе с ним Джейн и Гилфорд. Остальное семейство попало в опалу, Фрэнсис вышла замуж за своего шталмейстера и сидела тихо, как мышка. Желание проталкивать оставшихся в живых дочерей поближе к трону у нее почему-то начисто пропало. 

Ко двору королева Мария Тюдор своих родственниц все-таки вернула, помня их былые заслуги и поддержку своей матери в нелегкое время развода, но свое место они должны были знать. А место их было с тех пор очень скромным. Тут уж не до короны, голову бы на плечах удержать.

Л. Теерлинк. Портрет Катерины Грей. Фото из Википедии
Л. Теерлинк. Портрет Катерины Грей. Фото из Википедии

Когда на престол взошла Елизавета, для девушек-наследниц Катерины и Марии Грей наступили тяжелые времена. Новая королева не благоволила этому семейству, потому что в свое время они выступали против брака ее, Елизаветы, родителей - Генриха VIII и Анны Болейн. Бабушка сестер Грей, Мария Тюдор (герцогиня Саффолк), открыто высказывалась против развода своего брата-короля с Екатериной Арагонской и громогласно давала характеристику моральному облику Анны Болейн, не утруждая себя выбором выражений. К тому же законность происхождения девушек была их серьезным козырем, в то время как положение Елизаветы было двусмысленным. Закономерно, что она видела в родственницах конкуренток. Тем более вокруг Катерины начали виться испанцы, прощупывая почву на тот предмет, нельзя ли использовать претендентку на трон в своих целях. Поговаривали, что Катерину хотели похитить и обвенчать с кем-то из Габсбургов, а потому уж доработать напильником создать из нее символ борьбы за истинную (католическую) веру и посадить на трон, и пусть правит под мудрым руководством испанского короля. Под это дело ее уговаривали сменить протестантскую веру на католическую. Катерине, честно говоря, все религиозные вопросы были глубоко по барабану. В отличие от своей сестры Джейн, у которой была возможность спастись от казни, сменив веру, и которая не смогла пойти против своей совести, Катерина не придавала особого значения всяким серьезным вещам и железных принципов не имела. Лишь бы королева обращалась с ней хорошо, а не как сейчас. Ну, или испанцы чтобы хорошо с ней обращались. Неважно - кто. И конечно - «любовь, комсомол и весна». В общем-то понять ее очень даже можно: не все хотят делать карьеру, для некоторых любовь и семья - на первом месте. Катерина влюбилась в молодого и красивого Эдуарда Сеймура, графа Хартфорда, и тайно вышла за него замуж. В общем, вся в бабулю удалась. Но бабуля хоть могла надеяться, что любящий брат ее простит, Катерине же рассчитывать на добрые чувства царственной двоюродной тетки было нечего. Вот она и молчала, как рыба об лед. Сеймура услали во Францию продолжать образование (на самом деле, Елизавете не понравилось, как он крутится вокруг ее племянницы), а Катерина осталась при королеве, каждый день старательно драпируя и затягивая свою талию, чтобы никто не заметил беременность. Но когда срок беременности переваливает за восьмой месяц, скрывать становится немножко сложно. И как-то не очень удобно целый день находиться на ногах, обслуживая грозную начальницу, без надежды на скорый декретный отпуск. А муж во Франции. А роды близятся. А как сказать королеве - непонятно, она же убить может. Тогда Катерина бросилась за поддержкой к придворным. Сначала к Бесс из Хардвика: за советом и возможной протекцией. Бесс в ужасе выставила ее за дверь, потому что не желала иметь ничего общего с государственной изменой. Потом Катерина темной-темной ночью прокралась в покои королевского фаворита Роберта Дадли (он же ей родственник, Джейн была замужем за его братом Гилфордом) и умоляла о бедной родственнице замолвить слово. Разбуженный среди ночи Дадли, как и Бесс из Хардвика, перепугался до ужаса. Он понимал, что если впутается в это дело, а королева узнает, ударом подсвечника по башке он вряд ли отделается, хоть какой он там фаворит, а в Тауэре он уже сидел, больше что-то не хочется. Поэтому на всякий случай побежал и сдал молодых супругов с потрохами.

Елизавета топала ногами и орала так, что папа Генрих, если наблюдал за дочкой с того света, наверняка одобрительно кивал и гордо говорил «Наша порода!», а некоторые особо экспрессивные выражения даже записывал и сожалел, что не использовал их при жизни. Когда королева чувствовала угрозу своей короне, становилась просто невменяемой. А чувствовала она ее постоянно.

Портрет Катерины с сыном. Фото из Википедии
Портрет Катерины с сыном. Фото из Википедии

Беременную Катерину она посадила в Тауэр, туда же доставили Эдуарда Сеймура, которого немедленно отозвали из Франции, какая ему после этого учеба за госсчет, гаду такому. В Тауэре и родился их сын. Елизавете такого счастья, разумеется, было даром не надо (как же, законнорожденная претендентка на престол, способная рожать сыновей, запросто может стать знаменем нового заговора, пусть даже и не по своей воле), ну, и зависть, понятное дело, присутствовала как движущий фактор, и она потребовала аннулирования брака и признания ребенка незаконным. Супруги не могли доказать законность своего брака, потому что единственная свидетельница - сестра Сеймура - умерла, а свидетельство о браке хранилось у Катерины (сейчас тоже так делают, в загсе тетенька-регистратор торжественно произносит «Этот первый семейный документ я вручаю вам, жена!»), и она его потеряла, потому что ветер в голове. Брак был аннулирован, ребенок, естественно, в перспективе лишен прав наследования трона, потому что бастард. Катерина и Эдуард сидели в тюрьме, а Эдуард был еще и оштрафован за соблазнение девицы королевской крови. При попустительстве охраны супруги время от времени встречались и в итоге довстречались до второй беременности. Родился второй сын. Тут уж Елизавету совсем переклинило. Она распорядилась поместить Катерину и ее мужа под домашний арест, но не вместе, а раздельно. Эдуард со старшим сыном поехал к своей матери, а Катерина с младшим сыном отправилась под надзор своих родственников. Прожила она в разлуке с мужем и старшим ребенком не очень долго и скончалась в возрасте 27 лет от туберкулеза. Эдуард Сеймур потом долго добивался признания своего брака действительным, а детей - законными. Его усилия увенчались успехом только при преемнике Елизаветы, Якове I.

Ганс Эверт (?). Портрет Марии Грей. Фото из Википедии
Ганс Эверт (?). Портрет Марии Грей. Фото из Википедии

Следующей в очереди за короной стояла младшая сестра Катерины леди Мария Грей. Она красотой не блистала, была очень малорослой и горбатой. Добрая тетушка Елизавета ласково называла ее «коротышкой, карлицей и уродиной» и даже подумать не могла, что леди Мария при таких своих физических данных тоже сможет преподнести сюрприз в виде замужества. А зря. Мария вышла замуж за начальника королевской гвардии Томаса Киза (Кейеса). Разумеется, тайно, потому что на одобрение Елизаветой этого брака рассчитывать было бы слишком наивно. Но Мария учла печальный опыт средней сестры Катерины и пригласила на свадьбу родственников, друзей, слуг, сняла ресторан на 500 гостей, позвала тамаду, устроила праздник с выкупом невесты, с конкурсами, поеданием каравая и обязательной дракой. Чтобы ни одна зараза не могла брак расторгнуть как несуществующий. В случае сомнений кто-то из гостей обязательно подтвердит, что венчание состоялось по правилам, вряд ли все коллективно умрут.

Елизавета, разумеется, о свадьбе узнала. И это произошло в очень плохой момент: пришло известие о браке еще одной ее двоюродной племянницы - Марии Стюарт, выбор которой Елизавета не одобряла. А тут и Мария Грей туда же. «Да вы что, сговорились все, что ли?!» - закричала королева и приказала Марию поместить под домашний арест, а ее мужа в тюрьму Флит. Супруги очень скоро поняли, что зря они позаботились о подтверждении законности брака. Условия в тюрьме были такие, что Томас Киз немедленно предложил аннулировать брак в обмен на свободу. Мария тоже была согласна на расторжение брака, видимо, потому что чувствовала свою ответственность за неприятности, свалившиеся на мужа. Оснований для расторжения не нашли, но из тюрьмы Киза освободили и позволили ему уехать домой в Кент. Больше он никогда не виделся с женой. Мария оставалась под домашним арестом под опекой родственников до самой смерти своего супруга. А через несколько лет после освобождения умерла от болезни.

Вот так, сходили, называется, девчонки замуж. Вряд ли сестры Грей стремились бы к трону и интриговали против королевы, да и мужья их на отпетых заговорщиков были похожи меньше всего. Скорее всего, Катерина и Мария просто хотели наслаждаться семейной жизнью. Но Елизавета, видимо, считала, что если ты женщина королевских кровей, то шиш тебе, а не личное счастье. А то мало ли что. Находите удовольствие в круглосуточном прислуживании капризной повелительнице, оставаясь при ней в течение долгих лет без отпусков и выходных. Желательно до той поры, пока репродуктивная функция не угаснет и интерес к жизни окончательно не пропадет. Не хотите? Сидите тогда в тюрьме или под домашним арестом. Королева сказала - в морг, значит, в морг.

Ганс Эворт. Предполагаемый портрет Маргарет Клиффорд. Фото из Википедии
Ганс Эворт. Предполагаемый портрет Маргарет Клиффорд. Фото из Википедии

После смерти сестер Грей оставалась еще одна наследница - Маргарет Клиффорд, графиня Дерби. В отношении нее Елизавета оригинальной не была, действовала по уже отработанной схеме: посадила под домашний арест, обвинив в том, что она злоумышляла против государыни (развод как дополнительная мера не понадобился - муж Маргарет к тому времени уже сам сбежал). Она, видите ли, без особого восторга высказалась насчет предполагаемого брака королевы с французским принцем. И, кроме того, консультировалась с колдунами, хотела узнать дату смерти Елизаветы (рассуждать о смерти монарха уже само по себе считалось преступлением), чтобы, видимо, тщательнЕе подготовиться к занятию престола. А если дата окажется слишком отдаленной, планировала ее приблизить. Маргарет с негодованием отвергала все обвинения, но фиг ей это помогло. Елизавета так и не сменила гнев на милость. После смерти Маргарет, которая, кстати, не пережила Елизавету, наследницей вроде бы должна была стать ее внучка Анна Стэнли, но на нее уже мало кто обращал внимание. К тому времени многим стало ясно, что трон займет представитель шотландской ветви рода Тюдоров.

Продолжение следует.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic