besshardwick

18 минут на прочтение Золотой пост

ЖЖ рекомендует
Категории:

Каин, Авель и Войны Роз

Продолжаем приятно проводить время, с легкостью находя виноватых в том бардаке, который случился в Англии во второй половине XV века. Мы уже прошлись тяжелым сапогом критики, подбитым железными гвоздями убийственного сарказма (как формулирую, а?!), по двум братьям-королям - старшему, Эдуарду IV, и младшему, Ричарду III. Неохваченным нашим справедливым негодованием остался средний брат - Джордж, он же Георг, он же Гога, он же Жора, герцог Кларенс. Этот, хотя и женился довольно грамотно, в отличие от старшего брата, и с трона никого сам не сбрасывал (хотя и очень хотел), в отличие от младшего , обладал редким талантом вносить сумятицу и неразбериху в любой проект, в котором участвовал. А участвовал он во всем, что попадалось под руку, был за любой дебош, кроме голодовки. И по итогам конкурса между братьями является безусловным победителем в номинации «Самый беспринципный гаденыш периода Войн Роз» (если есть тут поклонники этого персонажа, прошу прощения, но из песни слова не выкинешь). Так рвался к короне, что вообще не обращал внимания, кого предает: покойного папу, живую маму, братьев, а уж кузена-тестя-союзника в одном лице - вообще раз плюнуть, не о чем говорить.

Джордж, герцог Кларенс. Изображение из Википедии
Джордж, герцог Кларенс. Изображение из Википедии

Не сказать, что у Джорджа было трудное детство и деревянные игрушки, прибитые к потолку. Нормальное детство для отпрыска аристократического рода, как раз ведущего войну за власть. То есть мама, Сесилия Невилл, с ним не сидела круглосуточно и на развивающие занятия его лично не всегда успевала водить, поручив эти заботы специально обученным людям. А папа, Ричард Йоркский, все больше государственными делами занимался, когда ему это позволяли, и мятежи устраивал, когда его подальше от трона отодвигали. Что он имел весомые права на английскую корону - неоспоримо, вот и занимался тем, чтобы их отстоять. И как-то стремление к короне унаследовали все его сыновья, в том числе третий сын Джордж. Тот прямо с юных лет из себя выходил, когда думал о том, что перед ним в очереди за этим предметом еще люди стоят. Правда, папа Ричард и второй брат Эдмунд в ходе борьбы за трон из очереди выбыли, тем самым резко повысив шансы младших сыновей. Младшие сыновья, надо сказать, друг друга не то, чтобы обожали, хотя и воспитывались вместе в замке Фотерингей. У них возникали непримиримые идеологические разногласия. Ну, нормальная ситуация, когда кругом междоусобные войны.

Когда старший брат Джорджа (и Ричарда, конечно) взошел на трон под именем Эдуарда IV, на младших братьев пролились его королевские милости. Но пролились как-то неравномерно: на Джорджа куда больше - и титул герцога Кларенса ему в день коронации (Ричарду титул герцога Глостера достался где-то через полгода), и орден Подвязки ему принесите (Ричарду - года через четыре), и должности ему более высокие, и поместья, и доходы. То есть Джордж явно пользовался куда большими преимуществами по сравнению с младшим братом. И не только потому, что по характеру был более близок жизнелюбивому королю, чем серьезный, замкнутый и религиозный Ричард. И не потому, что умел устроить такую дикую истерику, катаясь по полу в магазине игрушек, когда ему казалось, что он чем-то обделен, что король немедленно подписывал приказ о назначении и шел в дворцовый медпункт за корвалолом и цитрамоном. А еще и потому, что Джордж в тот момент был старшим из оставшихся в живых братьев короля и условным наследником.

Кларенс. Изображение из Википедии
Кларенс. Изображение из Википедии

Если, может, кто не знает, условный наследник - это такой гражданин, который живет в подвешенном состоянии и видит свои перспективы крайне туманно. То есть сейчас он самый близкий к вожделенному трону человек, а потом - раз! - появляется безусловный наследник (сын у короля рождается. Или даже дочь, если вы, конечно, наследник не французского короля). И тогда у бывшего условного наследника есть два пути. Первый: перекреститься, вздохнуть, поднять руку, резко опустить, сказать: «А черт с ней, с короной!» и пойти заниматься своими делами. Второй: впасть в истерику, постараться физически или юридически устранить наследников актуального короля, поднять мятеж, а если сам его поднять не можешь, впутаться в тот, который до тебя подняли более компетентные в данном вопросе старшие товарищи. Джордж, герцог Кларенс, неизменно выбирал второй путь.

Старшим товарищем, поднаторевшим в мятежах и военных действиях, был кузен братьев Йорков, Ричард Невилл, граф Уорик. Он вообще-то приходился родственником Ланкастерам (его бабушка была дочерью Джона Гонта, первого герцога Ланкастера), но воевал на стороне Йорков, которым, впрочем, тоже родней являлся, а при восшествии Эдуарда на престол взял на себя нелегкий груз государственных дел, пока новый король бухал, по бабам бегал и женился на ком ни попадя. Надо сказать, царственный подопечный принялся разочаровывать своего кузена-наставника практически сразу - например, тем, что женился на вдове с двумя детьми, дочери простого рыцаря Елизавете Вудвилл, и стал одаривать все ее многочисленное семейство титулами и доходами. Уорик, планировавший для молодого короля французский брак, прямо в бешенство пришел. Это он еще про тайную помолвку Эдуарда с Элеонорой Батлер - своей, кстати, родственницей - не знал, а то бы вообще инфаркт до 40 лет заработал и инвалидность пошел бы оформлять. Но когда Эдуард, плюнув на необходимый союз с Францией, метнулся в сторону Бургундии и давай с ней дружить, Уорик окончательно понял, что зря он на этого балбеса столько нервных клеток, которые не восстанавливаются, потратил. И решил сделать для Англии какого-нибудь другого короля… да нет, не в этом смысле. Просто балбеса, который не оправдал высокого доверия, свергнуть, а короля выбрать из других имеющихся балбесов, которые, конечно, тоже звезд с неба не хватают, но, может, хоть благодарны ему будут за его труды неустанные. В ходе выбора кандидата Уорик стал, во-первых, заигрывать со сторонниками Ланкастеров, у которых в запасе имелся ранее свергнутый король Генрих VI. Во-вторых, обратил внимание на болтающегося вот тут рядом Джорджа, герцога Кларенса, который был тоже недоволен политикой старшего брата - то есть тем, что не все плюшки достаются ему самому, а распределяются между членами семейки Вудвиллов. А это при его жадности совершенно недопустимо.

У Уорика были две дочки - Изабелла и Анна, которые, за неимением наследников мужского пола, со временем наследовали не только папино состояние и его титулы, но и титулы и огромное состояние своей маменьки, Анны де Бошан, графини Уорик в своем праве (то есть она передала мужу свой наследственный титул). На каждую такую дочку можно было ловить какого хочешь политического союзника. Вот Уорик и поймал для начала Кларенса. Кларенс, положив сами понимаете что на запрет короля жениться без его королевского согласия, быстренько обвенчался с Изабеллой, получив возможность хапнуть ее немаленькое приданое, а в будущем - немаленькое наследство. Ну, и надеялся, что тесть продвинет его по карьерной лестнице - сделает начальником департамента по делам молодежи королем. А что, Уорик мог бы, недаром по итогам последующих событий он получил почетное прозвище Кингмэйкер. Что на троне сидит его, Джорджа, родной брат и какие неприятности могут приключиться со свергнутым королем, думается, Джордж прекрасно помнил. Но личные амбиции - это святое. Как в том стихотворении, «Каин в елку втыкает нож - тренируется паренек».

В общем, Уорик намутил много воды. Он в открытую выступил против своего царственного кузена и подопечного, даже захватил его в плен и пытался управлять страной от его имени. Такая лайт-версия свержения короля. Потом, правда, вынужденно отпустил, но отношения с королем испортил окончательно. Не понравилось тому почему-то сидеть под арестом у своего же подданного. А потом по стране волной прокатились мятежи, и Эдуард прислал Уорику и Кларенсу приказ немедленно явиться с войсками под его знамена. А те не очень торопились. А чего им, действительно, торопиться, когда Уорик был идейным вдохновителем этих мятежей, а Кларенс уже нетерпеливо бил копытом, готовясь напяливать на себя корону и взбираться на трон? Тут-то Эдуард и заподозрил, что это жжж неспроста, и тестю с зятем пришлось спешно валить за границу, во Францию, прямо в теплые объятия тамошнего короля. Ну, был такой красивый старинный обычай у знатных подданных английских монархов, недовольных своим сюзереном.

Ричард Невилл, граф Уорик (посмертный портрет). Изображение из Википедии.
Ричард Невилл, граф Уорик (посмертный портрет). Изображение из Википедии.

Людовик XI встретил беглецов ласково (потому что сделал английскому коллеге пакость - сердцу радость), вина налил с виноградников солнечной Нормандии (как бы издеваясь) и обещал поддержать их вторжение в Англию. Помог заключить союз с Маргаритой Анжуйской, женой свергнутого ланкастерского короля Генриха VI. Тут и вторая уорикская дочка, Анна, кстати пригодилась: ее быстренько обручили с наследником Генриха Эдуардом Вестминстерским. Нормальная такая компания сложилась, они еще и Джаспера Тюдора с собой взяли.

Сначала все шло хорошо. Мятежники разгромили королевские войска, Эдуард и его младший брат Ричард Глостер бежали. Уорик вытащил из Тауэра Генриха VI, тщательно отряхнул от пыли и снова назначил королем Англии. Поскольку наследником стал считаться, конечно же, его сын Эдуард Вестминстерский, Кларенса в благодарность за верную службу назначили наследником сразу после него, а его старшего брата, бежавшего короля, из очереди исключили, потому что он а) изменник и предатель, б) бастард. Кларенс громче всех орал на всех углах, повторяя слух о том, что его мама, герцогиня Сесилия, родила Эдуарда не от мужа, а от какого-то левого мужика - вроде лучника, а может, не лучника, а может, это дворник был. Самого-то его, Джорджа, мама, конечно, родила строго от того, кого надо. Вот сразу видно степень дальновидности - где-то на уровне собственного носа, не дальше. Не понимал, что себе же на будущее яму копает. Утвердись за герцогиней Сесилией репутация особы нетяжелого поведения, самого же Джорджа, займи он трон, через пять минут бы с этого трона попросили по причине незаконнорожденности. Но разве такие номинанты на премию Лаврова о будущем задумываются…

Но вообще-то Джордж уже начинал понимать, что где-то его кидают. Королем его никто делать не собирался. С точки зрения наследования короны он на одну позицию от трона отодвинулся. Были перспективы лишиться земель, которые могли вернуть сторонникам Ланкастеров. Не, ему такой хоккей не нужен. А тут и брат Эдуард армию собрал, щас как ударит! Может, назад отыграть, пока не поздно? Тем более и братья в его поддержке заинтересованы, чтобы Уорика свалить. И Джордж в обмен на полное прощение согласился перейти на сторону Йорков. А тесть - ну что тесть? Да пошел он, этот тесть, со своей Францией и своими ланкастрианами!

В общем, йоркисты разгромили сначала войска Уорика, потом - в битве при Тьюксбери - войска спешившей ему на помощь Маргариты Анжуйской. Эдуард IV триумфально вступил в Лондон. Рядом с ним почему-то так же триумфально ехал приспособленец герцог Кларенс.

Изображение Изабеллы Невилл на витраже замка Кардифф. Изображение из Википедии
Изображение Изабеллы Невилл на витраже замка Кардифф. Изображение из Википедии

И все у Кларенса опять стало зашибись. Он снова оказался в фаворе у короля (хотя казалось бы!..), по пятницам они вместе выпивали и выводили нестройными голосами песню «Брат ты мне или не брат, рад ты мне или не рад…». Все свое состояние Джордж сохранил, а тут и титул графа Уорика освободился после тестя, царство ему небесное. Граф Уорик - это звучит гордо. Да и владения Бошанов (то есть тещи) к рукам прибрать удалось. Так что все у Джорджа было хорошо, и совесть из-за двойного предательства его по ночам не мучила: как может мучить то, чего нет? А вот зависть мучила.

Завидовал он теперь не только старшему брату, но и младшему. Ричард собрался жениться: младшая дочка покойного Уорика Анна овдовела (Эдуард Вестминстерский погиб в бою), так почему бы ей не стать женой герцога Глостера? Кларенс, разумеется, в очередной раз впал в форменную истерику. Еще бы, он надеялся один распоряжаться наследством тестя и тещи (пока еще, между прочим, живой), а если свояченица выйдет за Ричарда, с ним же придется делиться имуществом, он просто так не отстанет. В общем, дальше был целый роман. Анну попытались спрятать, Ричард нашел ее в Лондоне в каком-то доме, переодетую кухаркой, и поместил ее в святилище церкви святого Мартина, чтобы бешеный алчный родственничек подобраться не мог. Потом оба брата кинулись к королю и изложили ему каждый свои аргументы. Поскольку цитрамон в медпункте давно кончился герцог Кларенс уже страшно задолбал даже самого короля, король встал на сторону Ричарда, и бракосочетание состоялось. Джордж продолжал истерить на тему «Пусть женится, но земли все мои!», но его быстро прищучили и имущество поделили между сестрами Невилл. Тещу, кстати, Ричард к себе забрал, золотой человек. Кларенс, конечно, опять начал орать, что не надо освобождать тещу из святилища, где она скрывалась после поражения Уорика, и не надо отдавать ее под опеку Ричарду, но утомленный его визгом король пригрозил, что восстановит графиню в правах и назначит ее наследником Ричарда, а кое-кто, не будем пальцем показывать, останется ни с чем: начнет овсянку по акции покупать и ипотеку двадцать лет выплачивать. Если не заткнется.

Джордж, конечно, заткнулся, но продолжил с удвоенным энтузиазмом копать под обоих братьев. До поры до времени он все-таки как-то держался в рамках. А потом умерла его жена Изабелла. И он тут же кинулся делать предложение Марии Бургундской, единственной дочери и наследнице герцога Карла Смелого, падчерице своей сестры Маргариты. Король же, получив от жены по башке скалкой, предложил Марии другую кандидатуру - Энтони Вудвилла, графа Риверса. Мария обоих перспективных женихов решительно послала в пешее эротическое путешествие. Кларенс по этому поводу очень расстроился, в путешествие не пошел и на всякий случай обвинил Вудвиллов и самого короля в отравлении своей супруги Изабеллы. Потом был обмен любезностями в виде повешения служанки Изабеллы, якобы подкупленной Вудвиллами, и слуги Кларенса. Герцога ботинки окончательно понесли не в том направлении: он обвинял короля в занятии черной магией и завел старую песню о его незаконном происхождении, опять всеми силами стараясь вывалять в грязи репутацию своей почтенной матушки. Потом попытался устроить бунт в паре графств, но без мудрого руководства тестя получилось плохо. Зато Эдуард, наконец, озверел от такого хамства и повелел арестовать придурочного родственника.

Э. Хардинг. Сесилия, герцогиня Йоркская. Изображение из Википедии
Э. Хардинг. Сесилия, герцогиня Йоркская. Изображение из Википедии

Ричард Глостер, как ни странно, горой стоял за непутевого среднего брата, ходатайствуя за него перед королем. Может, из-за своей религиозности («Каин, где брат твой Авель?» и вот это вот все). Может, представил, как расстроится мама, если один ее сын велит казнить другого. Может, потому что Вудвиллы как раз хотели смерти Кларенса, а Ричард Вудвиллам уже привык противостоять просто автоматически. В общем, он отговаривал Эдуарда от радикальных мер. Но все напрасно. Под давлением Вудвиллов король сам выдвинул обвинение в измене, а парламент признал Джорджа виновным и приговорил к смертной казни.

Джордж был тайно казнен в Тауэре. Поговаривали, что он сам выбрал себе смерть - утопление в бочке с мальвазией. Тут вопрос - кто кого троллил. Если это правда (что вряд ли), тогда Джордж троллил королеву Елизавету Вудвилл, которая предпочитала сладкую мальвазию другим винам. После такой оригинальной казни она якобы резко бросила пить этот напиток. И правильно: пьяная королева - горе в Вестминстере. Если неправда, то народная (и не только народная) молва троллила самого Кларенса, намекая на его пристрастие к алкогольным напиткам - дескать, только так он и мог помереть, мордой в салате бочке. Бочки тогда действительно были огромные - не только морда, весь человек поместится легко. И при эксгумации тела Кларенса стало понятно, что обезглавлен он не был. Однако это не значит, что обязательно утонул. Что мешало тихо и аккуратно его придушить? Да ничего.

Как бы там ни было, казнь Джорджа еще больше ухудшила и так непростые отношения между Ричардом Глостером и Вудвиллами, что в дальнейшем сильно аукнулось детям короля Эдуарда и фатально отразилось на их судьбе. Эдуард, конечно, хорош: сначала дружил взасос с братцем-предателем, не считая нужным его как-то приструнить, а потом под влиянием родни жены отправил на смерть. То есть опять, как ни крути, он, получается, больше всех виноват. И мы его снова решительно осуждаем. Что, разумеется, не снимает вины с самого Кларенса. Все виноваты. В следующий раз еще кого-нибудь виноватого найдем. Не переключайтесь.

Мораль: 

Пить меньше надо. Надо меньше пить. И к маме желательно относиться с уважением. А за свои поступки, малыш, надо отвечать, а не сваливать всю вину на какого-то Карлсона Уорика, которого уже не существует. Как-то так.

Ошибка

В этом журнале запрещены анонимные комментарии

Картинка по умолчанию