besshardwick

Categories:

Уж замуж невтерпеж, или Маленькие радости Великой Мадемуазель

Сейчас я, пожалуй, к женской аудитории обращусь. Вот представьте, что вы принцесса. Не только в душе, а вот прямо по происхождению: папа у вас самый что ни на есть принц и носит титул герцога, дядюшка ваш - король, следующий король, сменивший почившего дядюшку на троне - ваш кузен. Мама ваша тоже кровей наиблагороднейших, да еще и оставила вам такое состояние, что вы - мысля современными нам категориями - в булочную можете не то, что на такси ездить, вы туда можете личным самолетом каждый день летать, если, конечно, нужна вам эта булочная, и транспортных расходов даже не заметите. Внешность у вас обычная, со здоровьем все в порядке. И вы хотите выйти замуж, потому что идеи радикального феминизма до вас еще не докатились. И, наверное, думаете, что уж с такими-то возможностями, как у вас, к вам будет стоять очередь из принцев с записанными на ладонях номерами, в которой периодически будут разноситься гневные крики «Герцог, вас тут не стояло!» и случаться мелкие потасовки со срыванием жабо с представителей знатнейших европейских фамилий. А вы из этой очереди выберете самого достойного после жесткого собеседования. Если, конечно, царственные родственники еще раньше вас не просватают за какого-нибудь перспективного парня с обширными владениями и приличной родословной.

Статуя Анна Марии Луизы Орлеанской в Люксембургском саду. Фото мое.
Статуя Анна Марии Луизы Орлеанской в Люксембургском саду. Фото мое.

Очень может быть, что лично с вами все так бы и было. Но в истории осталась некая мадемуазель, которая, несмотря на сказочные стартовые условия, сумела так организовать свою жизнь, что женихи от нее разбегались с довольно большой скоростью, на ходу придерживая короны, чтобы не попадали. За что мадемуазель и прозвали Великой - мол, надо же умудриться, такое мало кому удается! Шучу. Вовсе не за это ее прозвали Великой, а потому что так было положено согласно строгой системе титулов при французском дворе.

Папой ей приходился Гастон, герцог Орлеанский, младший сын короля Генриха IV и Марии Медичи, брат Людовика XIII. При жизни брата-короля Гастона титуловали Месье, а его дочь Анну Марию Луизу - как старшую незамужнюю дочь герцога Орлеанского - Мадемуазель. При восшествии на трон Людовика XIV Месье повысили в звании, потому что брат актуального короля Филипп тоже должен был титуловаться Месье - как их тогда различить? Крикнет так король из тронного зала: «Эй, Месье, подь сюды!», Гастон подумает, что зовут Филиппа, Филипп подумает, что зовут Гастона, и не придет никто они с разных сторон и понабегут. Поэтому Гастона стали называть Великий Месье, а Анну - Великая Мадемуазель специально чтобы через триста лет путать ее с Коко Шанель. Впрочем, в некоторых источниках написано, что Гастона после смерти брата называли просто Монсеньор. В комментарии призываются знатоки, которые могут уточнить по существу.

Кстати, папе в свое время очень повезло с браком, невесту он себе оторвал хоть куда: Мария де Бурбон, герцогиня де Монпансье, была дамой с огромным приданым и громкими титулами. Собственно, плюшки с королевской стороны посыпались на Гастона как раз после женитьбы: герцогские титулы и почетные звания, ну и несметные богатства жены тоже грели сердце. Герцогиня умерла при родах своей единственной дочери. Маленькая Анна Мария Луиза воспитывалась при французском дворе под присмотром королевы Анны Австрийской, которая, как мы знаем, в молодости была та еще оторва.

А. Ван Дейк. Портрет Гастона Орлеанского. Изображение из Википедии
А. Ван Дейк. Портрет Гастона Орлеанского. Изображение из Википедии

Как уж там ее воспитывали, я не знаю, но вот личный пример ее папеньки явно многому девочку научил. Любимым занятием Гастона было организовывать мятежи и впутываться в заговоры против своего царственного брата - этому хобби он посвящал значительную часть своего времени. А во время Фронды мотался с одной стороны на другую, стараясь быстренько оказаться на стороне более удачливого противника. Чем-то неуловимо напоминал Джорджа, герцога Кларенса, брата английского короля Эдуарда IV. И так же, как Кларенс, умудрялся выходить сухим из воды. Кларенс, однако, в итоге плохо кончил, вот Гастон оказался более везучим: он даже в тюрьму не попал, отделался ссылкой в свое поместье. Но в результате своих выкрутасов лишился возможности стать регентом при малолетнем племяннике, вынужденно уступив эту почетную должность его маме, Анне Австрийской. И все равно должен был радоваться: могло быть хуже, дух Кларенса не даст соврать.

Анна смотрела на папенькины подлянки в отношении благородных родственников, и у нее, наверное, даже вопроса «А че, так можно было?» не возникало. Потому что она знала - можно! Тем более такие родственники бывают, что в их присутствии рука сама тянется к доступным материалам для строительства баррикад.

Но сначала Анна вовсе не стремилась повторять подвиги взбалмошного родителя. У нее было простое и понятное стремление - выйти замуж. Вроде бы проблем с этим делом возникнуть было не должно. Одним из ухажеров Анны стал будущий король Англии Карл II. Так кто ж знал, что он будущий король! Тогда совсем другой разговор бы с ним был - в охапку и к алтарю. А так… кузен, сын французской принцессы и английской королевы Генриетты Марии (сестры Гастона и Людовика XIII), приехал во Францию во время тяжелых социальных потрясений в Англии. Кто его знает, что он там унаследует. Может, всю жизнь в изгнании просидит без всяких перспектив и из наследных принцев будет уволен с плохой записью в трудовой книжке. Нет уж, не для него роза цвела.

Анна решительно предпочитала другого своего кузена - Людовика XIV. Ну и пусть он на десяток лет младше ее самой, кого это когда останавливало, я вас умоляю. Опекуны малолетнего Людовика (его мать Анна Австрийская и кардинал Мазарини) восторга по поводу этой светлой идеи что-то не выказывали. Наоборот, готовили династический испанский брак ради мира между двумя великими народами: французским и испанским. Сам Людовик старательно избегал кузину, если у него была такая возможность. А что еще ему оставалось делать? Представьте, лежите вы себе в пеленках, никого не трогаете, погремушкой играете. И тут к вашей кроватке подходит крупная девочка, пялится на вас с хищным интересом и называет «мой маленький муж». Нормальная вообще? И так ходит постоянно. И когда вы уже подросли и погремушку отбросили, таскается к вам, как к себе домой, мужем обзывает. Уже, небось, ремонт в Лувре запланировала, обои в зеленый цветочек для будущей детской присмотрела. Даже если вы мужчина возрастом за тридцать, вам и то может стать неуютно, а тут ребенок! В общем, мадемуазель добилась потрясающих результатов: Людовика от нее стабильно тошнило. Но упорная девушка надежд не оставляла.

Впрочем, рассматривала Анна и других кандидатов. Например, императора Фердинанда III, вдовца сестры Анны Австрийской. Или эрцгерцога Леопольда, правителя Нидерландов. Беда была только в том, что кандидаты ее никак не рассматривали. По разным причинам, прежде всего политического характера.

Анна Мария Луиза Орлеанская
Анна Мария Луиза Орлеанская

Кипучая натура, унаследованная от неугомонного папаши, толкала Великую Мадемуазель к великим свершениям. Раз уж не удалось обрушить лавину чувств на какого-нибудь зазевавшегося короля или императора, значит, надо реализоваться в другой сфере. И Анна ушла в революцию. То есть во Фронду. Тем более неугомонный папаша уже туда как раз ввязался.

Фронда - это такие военные действия против правительства, бунт, практически гражданская война. Сначала Парламент бузил, потому аристократия подтянулась. То есть компания собралась хорошая, все свои - приличные люди знатного происхождения. Анна стала под знамена принца Конде и проявила себя с самой лучшей стороны. Лично участвовала в боевых действиях, командовала одной из армий повстанцев, пленных не брала

Вот зря некоторые авторы статей про мадемуазель де Монпансье так удивляются этому якобы противоречию: она хотела выйти замуж за короля - и при этом стала бунтовать против него. Наверное, просто решила, что немножечко пострелять по королевским войскам и брак с королем - это вещи между собой никак не связанные. Тем более фрондирующие товарищи выступали не столько против короля (то еще маленький был), сколько против политики кардинала Мазарини. А он как раз был против брака мадемуазель с королем. Вот и получи, фашист, гранату.

Конде ее очень хвалил, но замуж тоже не взял: жена у него уже была. Когда кардинал Мазарини узнал о том, как, спасая Конде и его сторонников, Анна открыла по противнику огонь из пушек Бастилии, он съехидничал: «Она только что расстреляла своего мужа!» И то верно. Поиски женихов теперь осложнялись еще больше, потому что такие факты в биографии невесты нравились далеко не всем. Ну ее к черту, эту Анку-пулеметчицу, думали европейские принцы. Это же налево нормально не сходить. Возвращаешься так ночью домой от какой-нибудь новой фрейлины - счастливый, пьяный и с помадой на жабо, а из окон собственного замка тебя артиллерийский огонь встречает. Это жена не спит, ждет, скучает. И таким вот образом выражает свое отношение к происходящему. Ну нафиг.

Фронда закончилась со счетом 1:0 в пользу регентши и Мазарини, поэтому герцогине де Монпансье пришлось выходить из-за пулемета с поднятыми руками и отправляться в изгнание. То есть к себе домой ехать, в свое поместье. А там скучно, потому что никто не стреляет и ничего не горит синим пламенем. Чтобы развеять грусть-тоску, Анна в своем еще далеко не преклонном возрасте села за мемуары. Пишут, что это довольно увлекательное произведение, хотя и с несколько хаотичным и отрывочным изложением. Много внимания там уделено важным историческим персонам, причем не в тот момент, когда они в коронах и мантиях на троне и близ него, а в халате и тапочках цветочки на балконе поливают, образно говоря. Я не читала, а надо бы приобщиться.

П. Бургиньон. Анна Мария Луиза Орлеанская, герцогиня де Монпансье, в образе Минервы. С папиным портретом.
П. Бургиньон. Анна Мария Луиза Орлеанская, герцогиня де Монпансье, в образе Минервы. С папиным портретом.

Кроме того, Анна открыла литературный салон и начала оказывать покровительство писателям, музыкантам и актерам. Ну, это нормально. Мне даже кажется, что было такое неписаное правило для знатных и богатых дам прошлого: в любой непонятной ситуации открывай литературный салон и собирай вокруг себя деятелей искусств. Может, этим даже прославишься. Ну и время приятно проведешь, тем более все так делают. Это как сейчас Инстаграм завести.

В Париж ей в итоге вернуться разрешили, жизнь постепенно наладилась. Но наша мадемуазель вдруг обнаружила, что ей уже стукнуло сорок, а она все еще мадемуазель, пусть и Великая. А замуж по-прежнему хочется. А кругом только сорок кошек деятели культуры крутятся, от которых никакого толку. Надо признать, что Людовик XIV как честный человек ранее все же пытался подогнать женихов неугомонной двоюродной сестричке, чтобы перенаправить ее энергию в нужное русло. Но из предложенных кандидатов Альфонсо Португальского она отвергла, потому что он алкаш и импотент, а герцог Савойский сам съехал с темы женитьбы. Так что в личном плане Анну продолжали преследовать неудачи. А в такой ситуации нельзя заранее предсказать, в какую сторону человека поведет. Может, Анна ударилась бы в радикальный феминизм и уже тогда призывала бы женщин пересесть с иглы мужского одобрения в Бастилию куда-нибудь в другое место, но времена для этого были еще малоподходящие, поэтому мадемуазель только в переписке со своей знакомой упоминала, каким вульгарным она считает этот противный институт брака.

Мнение о вульгарном институте брака герцогиня де Монпансье изменила, когда повстречала на жизненном пути какого-то… чуть не написала «хрена с горы», но вовремя опомнилась, потому что я хотела бы казаться интеллигентной женщиной. Так вот, герцогиня встретила одного мужчину по имени Антуан Номпар де Комон, герцог де Лозен, маркиз Пюйгилем. Не пролетарских, конечно, кровей, аристократ, но в смысле знатности происхождения и материального благосостояния далеко не пара нашей мадемуазель. Для дамы, которая когда-то влегкую разбрасывалась заморскими принцами, это вообще никто и звать никак. Если бы не ее отчаяние, тикающие часики и уходящий поезд, тому Лозену, полагаю, ловить было бы нечего. Но Анна вцепилась в него мертвой хваткой, а он снисходительно позволял себя любить и жениться не отказывался. Кто же отказывается от перспективы стать королевским родственником и фактически хозяином огромных владений? На самом деле многие отказывались, но только не этот беспринципный тип гражданской наружности. Довольно обаятельный, впрочем.

Анна решительно потребовала у кузена-короля разрешения на брак. Король тут же подписал, чего просили, и, может быть, облегченно вздохнул: наконец-то пристроил сестрицу в хорошие руки. Или не в хорошие. Да в любые руки сплавил - и хорошо! Но довольно быстро отозвал разрешение. Может, сам передумал, может, подсказал кто. Злые языки говорили, что подсказала его фаворитка мадам де Монтеспан. Куда, воскликнула она, этот мир катится: все в королевскую семью лезут, будто она резиновая! Милый, эта шелупонь подзаборная будет тебя кузеном называть, ну куда это годится!

Антуан Номпар де Комон, герцог де Лозен. Изображение из Википедии.
Антуан Номпар де Комон, герцог де Лозен. Изображение из Википедии.

Узнав об отозвании разрешения, жених очень расстроился. Настолько расстроился, что - опять же говорят злые языки - пошел культурно побеседовать с королевской фавориткой и объяснить ей свое видение ситуации. Может, говорил он немного эмоционально. Может, зря он использовал чересчур экспрессивные выражения. Он громогласно сравнивал любимую женщину короля с девушками, стоящими в вечернее время на трассе с целью оказания сексуальных услуг населению. Не выдержав обезоруживающей правдивости его горьких слов, фаворитка зарыдала и пожаловалась королю. А когда фаворитка жалуется королю, король обязан все бросить и реагировать - на том стоит институт фаворитизма. Вот Людовик и посадил несостоявшегося родственника в тюрьму, чтобы успокоить даму.

Скорее всего, эта история наглая ложь неправдива. За что на самом деле Лозен мотал срок - сначала (предварительное заключение) в Бастилии, потом в крепости Пинероло - неизвестно. Зато известно, что все годы его заключения Великая Мадемуазель его ждала на воле. Свидания были запрещены, но она носила ему передачи и добивалась условно-досрочного освобождения. Все без толку. Только через десять лет ей удалось смягчить сердце короля хорошей такой взяткой: она согласилась отдать некоторые свои владения его внебрачному сыну. И наконец-то воссоединилась с возлюбленным. И - опять же наконец-то -вышла замуж. В возрасте пятидесяти четырех лет. Тайно. Мечты, как говорится, сбываются и выходят боком тому, кто слишком долго мечтал.

То ли тюрьма радикально испортила характер молодого пятидесятилетнего мужа, то ли он изначально не был порядочным человеком (а скорее всего, просто не любил Анну никогда), а только сразу после свадьбы он начал вести себя, как форменный абьюзер: жену ни в грош не ставил, несмотря на ее происхождение и и на то, что она его содержала, унижал, в том числе публично. Анна ради семейного счастья такое года три потерпела, а потом выставила возлюбленного супруга за порог. И не пожелала больше видеть - никогда. Как говорится, умерла так умерла. Кстати, когда Анна тяжело заболела, супруг рвался ее увидеть (не знаю, может, совесть проснулась. А, может, по завещанию хотел что-нибудь уточнить), но и в этой драматичной ситуации был послан жестко и бескомпромиссно. И правильно. 

Умерла Великая Мадемуазель от болезни в Париже, в Люксембургском дворце. И теперь в виде статуи украшает собой Люксембургский сад, занимая достойное место среди французских королев и других прекрасных дам, имеющих отношении к истории Франции. И конфеты монпансье назвали ее именем. И Дюма про нее писал. 

Мораль:

 Жизнь надо прожить так, чтобы набралось материала хоть на какие-никакие мемуары. А десятилетиями ждать равнодушного мужчину, наверное, не надо. Нет, не только из тюрьмы, а вообще. Просто в целях экономии временных, финансовых, физических и душевных ресурсов.

Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →